Люди и Флаги

Модераторы: Александр Ершов, ХРуст, ВинипегНави

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 17 фев 2016, 17:21

Найдя решение одной проблемке, начштаба довольно улыбнулся и, решив поощрить себя любимого, вынул фляжку из внутреннего кармана шинели. Фляжка была, во-первых – пуста, во-вторых – пробита. Майор на полном серьёзе отдал покалеченному сосуду честь, выудил из походного саквояжа новенькую – точную копию погибшей товарки, отхлебнул из горла и аккуратно вложил фляжку в карман.
Привычкой носить металлическую баклажку напротив сердца он обзавелся еще в лейтенантскую пору, когда в бою под Амарильо такая же манерка с текилой спасла ему жизнь. А теперь это уже пятая фляжка… или уже шестая? Но времени на воспоминания не было и начштаба, теперь уже - комполка бесцеремонно растолкал спящего вестового. Рядовой Бен Язи – низкорослый, щуплый на вид навахо из рода Белого Орла, вчера совершил кучу подвигов, но тогда всем пришлось быть героями, а сегодня надо просто работать… Проморгавшись от сна, индеец выслушал приказание и, предусмотрительно потащив за собой толком не проснувшегося переводчика, резво утопал к русским. Благо ближайший их НП находился за третьим поворотом траншеи.
Тем временем советские танкисты, непрерывно матеря ленивых конфедератов, пытались углубить и расширить капониры, вгрызаясь в промерзшую землю ломами и крепким словцом. Те, кто уже успел полазить по уцелевшим американским машинам, ухитрялись без отрыва от работы выпытывать у комроты историю американского танкостроения. Капитан в сороковом году был в командировке в Арканзасе и потому, априори, должен был знать всё и ещё чуть-чуть. Устав регулярно отвлекаться на отмашки и нагоняи, капитан вынул пачку «Невских» папирос и, объявив перекур, начал неспешный рассказ, как водится, - издалека.
Основной гордостью армии Конфедеративных Штатов всегда была кавалерия, даже не столько армии сколько народа. Её звезда как взошла на полях войны за независимость, так больше зенита и не покидала. Основная заслуга в регулярных разгромах мексиканцев и прочих чиканос в непрекращающихся драках на границе принадлежала кавалерии, с чем соглашались и пропыленная пехота, и надменная артиллерия. Но время идет и не просто так, а безостановочно пихая прогресс впереди себя.
И как-то так вышло, что однажды, привычно осмотревшись по сторонам, конфедераты с удивлением обнаружили, что дальние и ближние соседи наравне с привычной кавалерией сплошь и рядом используют пыхтящие бензиновыми выхлопами бронированные сараи, утыканные пулеметами и пушками. Как правило – весьма медлительные и неуклюжие. Даже британская «борзая» годилась только для погони за страдавшими ожирением черепахами, и ничуть не соответствовала представлениям гордых кавалеристов о достойном их железном коне.
В поисках совершенной машины южане кинулись к кузенам с севера, но те их чаяний не оправдали. Северяне чуток поиграли с английскими ромбами, да и напрочь забыли об этих чудовищах. Но им-то проще: у Севера под боком не было и нет ни алчно-злобных потомков ацтеков, ни и прочих злонамеренных южноамериканцев.
Пока кавалеристы и прочие армеуты продолжали безуспешные поиски, новоявленные «аристократы» от авиации жадно облизывались на солидный кусок оборонного бюджета и настоятельно рекомендовали запихнуть внутрь новенькой игрушки авиационный движок. Или два.
Сенат всерьез задумался, а не поручить ли создание отечественного танка отечественному же авиапрому, но тут приунывшим кавалерийским генералам попался на глаза некто Джон Уолтер Кристи. Уроженец штата Нью-Джерси, был патриотом причем - патриотом доллара. А какого цвета был тот доллар, серый или зеленый, не суть важно Главное не в цвете, а в сумме!
Успешно продав свои проекты полякам, англичанам, и даже красной России, мистер Кристи благосклонно выслушал комплименты кавалеристов и живенько перебрался на юг, не дожидаясь визита североамериканской юстиции. Получив в свои загребущие лапки изрядную пригоршню долларов КША, Джон начал клепать (вернее, сваривать) быстроходные танки. И меньше чем через год по прериям Техаса шустро пылили жестянки. От сорока до пятидесяти с лишним, миль в час. Что еще надо кавалеристу для счастья?
«Много чего» - ворчали члены оборонной комиссии сената. Во-первых, пушку бы, посолидней. А не эту двадцатимиллиметровую, пусть и автоматическую, пукалку. Во-вторых, более или менее сносные условия обитания и работы экипажа: такие, чтобы после сколько-нибудь продолжительного марша танкисты еще и повоевать могли. А не выпадали из машины, держась за отбитые части тела и дыша, словно караси на песке. Они, конечно, ретрограды и консерваторы, но при этом еще и сенаторы. Так что особо с ними не поспоришь. Вдобавок именно эти далекие от веяний прогресса люди решали, кого осыпать золотым дождём, а кого презрением.
Получив выволочку от сенатской, а затем и от армейской комиссий, Кристи заперся в конструкторском бюро и в одиночку выхлебал кварту бурбона. С трудом подавив желание продолжить дегустацию, Джон Уолтер заявился в мастерские и, отравляя окружающую среду перегаром и проклятиями, принялся уродовать прекрасную бронированную гоночную машину согласно требованиям заказчика.
Пока танкопром выковывал будущую гордость и красу тяжмаша, в родные пенаты из Москвы прибыл военный атташе и принялся искушать сенаторов вдохновенными рассказами о танковых армадах на военных парадах на Красной площади. Сенаторы завистливо вздыхали и вопросительно косились на мастерские мистера Кристи. А там всё никак не ладилось.
В конце концов, комиссия Министерства Обороны с горем пополам приняла на вооружение серию быстроходных Т-8 и принялась настойчиво намекать, что хотела бы увидеть что-то побольше и помощней, но Кристи в очередной раз унесло в область прожектов, и он, с упорством, достойным лучшего применения, занялся алюминиевой броней.
Авиаторы, высмотрев очередную возможность вполне законно захапать доллар-другой, втихомолку давились от смеха, но мощные авиационные движки предоставляли по первому требованию. Глядя на финансовые потоки, проплывающие мимо, флотские адмиралы зачастили на сенатские слушания и, колотя по трибуне, кто кулаком, а кто и каблуком форменного ботинка, громогласно требовали не пускать бюджет по ветру, а втиснуть в очередной кораблик еще пушечку-другую. И калибр чтоб побольше, побольше… Потому как наличие сухопутных дредноутов - это дело спорное, а морские линкоры стране необходимы.
Пока Кристи экспериментировал в глуши, а сенаторы затравлено вертелись меж летчиками и моряками, откуда ни возьмись вдруг выползли серые мундиры, и категорично заявили, что кому-кому, а им-то танк нужен в первую очередь. Пока опешившие кавалеристы пытались сообразить, зачем пехоте тяжелая техника, те скооперировались с адмиралами и продавили в сенате разработку танка сопровождения пехоты. Дабы не остаться с носом, кавалеристы вступили в сухопутно-морскую коалицию и заявили Кристи, что кавалерия это не только скорость, но и всесокрушающая мощь. Кавалерия КША согласна считать танки Т-8 этакой гусарской легкой конницей, но теперь жаждет украсить свои ряды тяжелыми рыцарями. Этаким бронированным кулаком для сокрушения вражеского фронта.
Выслушав требования оборонки, Кристи схватился за голову и, позабыв напиться до изумления, принялся судорожно искать выход. После длительных раздумий Джон Уолтер решил не изобретать велосипед и пойти проторенной дорожкой. В результате, как и в Англии, конструированием танков занялись корабельные инженеры.
На предварительном показе кавалеристов чуть не хватил удар, а пехотинцы самоотверженно попрятались за спины офонаревших флотских: из прожаренного солнцем громадного амбара, злобно щетинясь во все стороны орудийными и пулеметными стволами, на волю выполз трехбашенный монстр. Неторопливо прокатившись по полигону, стальное чудовище разнесло в щепки и старые мишени, и новые. И даже склад, столь кстати попавшийся танкистам на глаза. Один черт – пустует.
По окончании просмотра генералы принялись возмущаться тихоходностью принимаемого объекта. Конструкторы пожимали плечами и невозмутимо парировали гневные вопли, мол, зато пехотинец от машины не отстанет. Неугомонные генералы стали тыкать конструкторов носом в неприлично огромное количество пулеметов и пушек, но те по-прежнему невозмутимо отмахивались, что при зачистке окопов противника, ни один ствол лишним не будет. Кто-то из флотских, ехидно поинтересовался, что если уж инженера впихнули в стальную коробку аж три яруса вооружения, то, почему бы им не воткнуть на третью башню мачту для национального флага и дальномерного поста. Главный конструктор смерил новатора печальным взглядом и грустно констатировал, что в изначальном проекте вообще предусматривалось наличие четырех башен, но так как миниатюрный вариант сто пяти миллиметровой гаубицы лентяи-артиллеристы еще не изобрели, то, в конце концов, бюро было вынуждено обойтись всего тремя. Зато теперь ни один мексиканец с гранатой к танку не подберется, а верхняя башенка еще и по самолетам палить может! О броне вообще можно поэмы слагать - ни одна пушка не пробьет. Из ныне существующих. В армии КША.
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 17 фев 2016, 17:22

Пока противоборствующие стороны рвали голосовые связки в бесплодной дискуссии, сенатор Атенборо беспрепятственно забрался в прокаленный солнцем танк и с детской непосредственностью принялся его тестировать. Попрыгав на сиденьях экипажа, сенатор принялся вращать верньеры, дергать фрикционы, тыкать пальцем в кнопки и давить на педали. В общем - развлекался по полной программе.
Снаружи же вовсю кипели страсти. Словесная баталия уже начала плавно перетекать в рукопашную (флотский чин сцапал главного конструктора за галстук, а тот схватил увесистый рулон с чертежами), но танк вдруг жахнул главным калибром и все спорщики дружно рухнули носом в пыль.
Минутой позже из башенного люка показалась сияющая физиономия Атенборо, и сенатор счастливо заявил, что находясь в танке он чувствовал себя так уверенно, словно сидел за стальной стеной. Старший из армейцев натужно выдавил кривую улыбку и дрожащей рукой криво нацарапал: «Утверждаю» на акте приёмки. И танк Т-18 «Стиллвол», несмотря на свои гигантские габариты, плавно проскользнул с конструкторских чертежей в проект военного бюджета армии КША.
Вдохновившись нежданным успехом и предстоящими грандиозными прибылями, Джон Кристи возмечтал о создании нового супертанка, но тут пришел Руперт Хаузер -председатель президентского комитета по обороне, и всё опошлил.
Первым делом он сменил всю бухгалтерскую команду, потом рассчитал корабельных инженеров и утвердил на должность главного конструктора никому не известного канадского выскочку. Не останавливаясь на достигнутом, реформатор отобрал у Кристи ключи от бара и всю, вплоть до расчетов подвески гоночного кара, техническую документацию. Загнав опального гения в лабораторию, Хаузер вернулся в Ричмонд, но инженерам легче от этого не стало. Зануда-председатель каждые два дня звонил и интересовался успехами, а через семь дней на восьмой – приезжал лично. Политика тотального прессинга оказалась весьма результативной, и уже через полгода конструкторское бюро Кристи создало нечто среднее между его первым гоночным броневиком и гигантом Т-18.
Хаузер дотошно изучил новый танк и был вынужден признать, что колесно-гусеничная машина, оснащенная двадцатипятимиллиметровой броней, сорокапятимиллиметровой пушкой, пулеметом тридцатого калибра и при этом способная передвигаться со скоростью сорок миль в час, вполне подходит для создания бронекавалерийских частей. Так у армии КША появился танк Т-20 «Куантрилл».
На радостях конструкторское бюро в полном составе закатилось в ближайший бар и заявило, что покинет сие уютное местечко, только полностью выхлебав запасы спиртного, то есть не раньше, чем через неделю.
Но через два дня гады из военной разведки плюхнули на стол Хаузера стостраничный отчет о немецких разработках танка Panzerkampfwagen IV Ausf.A и теоретические выкладки генштаба Вермахта о массовом использовании панцерваффе для прорыва вражеского фронта. Председатель внимательно прочитал доклад, о чем-то переговорил с президентом и уже через сутки едва опохмелённые инженеры ломали головы над концепцией нового танка.
Не мудрствуя лукаво, Кристи взял старые чертежи Т-18 и перекроил их к черту. Убрал третью - верхнюю - башню, трансформировал коробчатый корпус в трапециевидный и присобачил к нему выпуклую башню с семидесятипятимиллиметровой пушкой. В моторный отсек запихал карбюраторный двигатель в триста пятьдесят лошадей и довел толщину лобовой брони до пятидесяти восьми миллиметров. Машина ползала со скоростью всего лишь двадцать миль в час, но зато стала практически неуязвимой.
Хаузер в очередной раз признал удачность конструкции и в армии КША появился танк фронтового прорыва Т-25 «Джексон», он же – «Стоунвол».
Конструкторы благонамеренно направились в бар, но и в этот раз отдохнуть по-человечески не вышло. Флотская часть приемной комиссии, вдоволь навозмущавшись тем, что и кавалерия, и пехота собственными танками уже обзавелись, категорично потребовала от бюро в срочном порядке создать приспособленный под нужды ВМФ танк или сократить свои расходы на тридцать процентов и передать деньги в бюджет флота.
Кристи, пользуясь временным фавором, выцыганил у Хаузера свои же разработки дюралюминиевой брони, без зазрения совести спёр у авиаторов шестицилиндровый карбюраторный двигатель «Геркулес», а у североамериканских коллег документацию по башне для их нового танка «Грант», притащил из бара ящик бурбона и на неделю заперся в лаборатории. Через десять дней Кристи лег в больницу на принудительную интоксикацию, а его проект танка-амфибии лег на стол главного конструктора на доработку. Конструкторское бюро уже привычно впряглось в работу, и к лету тридцать девятого года в подразделения морской пехоты КША поступила бронированная десантная вездеходная машина - танк – амфибия Т-38 «Пакстон».
Обнаружив, что все рода войск обзавелись тяжелой машинерией (артиллеристы - и те, в срочном порядке вытрясли из бюро Кристи самоходную девяностомиллиметровую гаубицу Т-32 «Арчер»), лидеры авиастроения, создав весьма удачный истребитель «Кёртис П-38 Команч», озаботились созданием летающего танка. А дабы не делиться с прохиндеем Кристи (кражу геркулесовского движка ему не простили, и прощать не собирались), авиаконструкторы решили обойтись собственными силами. И преуспели.
В марте сорокового года объединенная конструкторская команда корпораций «Флайамэрикен» и «Кёртис-Роучестер» произвела фурор, продемонстрировав новейший цельнометаллический тяжёлый четырёхмоторный бомбардировщик «Кондор Ф-17», вооруженный по принципу «кашу маслом не испортишь». Первоначально создатели хотели назвать самолет «летающим танком», но после кратких раздумий, решили не уподобляться сухопутным улиткам и окрестили своё чадо «летающей крепостью».
Практически сразу в головах авиаторов родилась идея по созданию суперкрепости, но… капитан, обнаружив, что докуривает уже третью папиросу, заявил разохотившимся слушателям, что это совсем другая история и погнал личный состав на земляные работы, а сам побрёл на КП американцев. Капониры капонирами, но и с боевым слаживанием пора б определиться.
Разговор о взаимодействии начался с категоричного заявления американского комполка, что имеющихся у него в наличии сил недостаточно для обороны участка фронта, вверенного сводному полку КША, и что остатки подразделений необходимо срочно отвести в тыл и отправить в родные пенаты на переформирование. Советские капитан-танкист и майор-пехотинец уже знали, что американцы понесли большие потери, но порядка ради уточнили, насколько именно.
Выслушав подробнейший доклад американца, танкист озадаченно надвинул шлемофон на лоб, а пехотинец сдвинул ушанку на затылок. Краскомы обменялись недоуменными взглядами и въедливо принялись выпытывать у переводчика, всё ли он точно перетолмачил? Потери американцев, спору нет, немалые, но худо-бедно одной только пехоты батальон полного состава наскребли. А это, как-никак, семь сотен активных штыков, да к ним в придачу пусть невеликая, но артподдержка, да танков почти десяток… Нет, понятно, что если б в том батальоне осталось бойцов… ну, скажем, десятков восемь-девять! Тогда – да, обороняемый сектор можно было б и сократить: метров, скажем на пятьсот-шестьсот, ну, край, на восемьсот и баста! Но чтоб сняться с фронта и чесануть за океан на переформировку?.. Не, точно толмач чего-то напутал.
В общем и целом обстановка на фронте не радовала - немецкое наступление было общим. Утром седьмого ноября, после двухчасовой артиллерийской подготовки, 2-я танковая группа Гудериана тремя клиньями ударила по советским войскам, сосредоточенным на линии Молодая – Стежки – Демидов – Цыганы. Одновременно с ними 3-я танковая группа Гота нанесла отвлекающий удар по силам РККА, сосредоточенным на линии Монастырщина – Починок – Новоспасское. Пока 39-й моторизированный и 57-й армейский корпуса вермахта пытались проломить советскую оборону лобовыми атаками, 12-я танковая и 6-я пехотная дивизии совершили скрытный марш-бросок и вышли во фланг 19-го стрелкового корпуса генерал-майора Качалова. Пробив брешь на стыке 89-й и 91-й стрелковых дивизий, 12-я танковая дивизия рвануло на Данино, а 6-я пехотная дивизия заняла Ельню.
Подписав победную реляцию, генерал Хельге Артур Аулеб*(комдив шестой пехотной), окинул грустным взглядом пышущую теплом печь и наскоро накрытый ординарцем праздничный стол и отбыл на позиции лично проинспектировать готовность к отражению контратаки красных.
Потратив весь день на разъезды по передовой, херр Аулеб, слегка успокоился: войска всего за сутки смогли возвести вполне приличный основной оборонительный рубеж, и теперь спешно оборудовали вспомогательный. Присутствие русских ощущалось лишь по частым, но непродолжительным и не очень эффективным артобстрелам. Контратаки не было и это радовало, потому как взять Данино с налета танкисты не смогли, а все пять последующих атак успеха не имели.
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 20 фев 2016, 13:42

Следующим утром дивизия вновь пошла на штурм и вновь безрезультатно. Потеряв два батальона 5-го стрелкового полка, один панцерный батальон 29-го танкового, а вместе с ним и командира 12-й танковой дивизии генерал-майора Йозефа Харпи, его заместитель Харальд фон Узедом, счел, что суммарный ущерб всех потерь с начала операции составляет больше трети списочного состава, отвел дивизию к Ельне.
Еще через сутки на соединение к частями группы Аулеба подтянулись 20-й армейский корпус генерала пехоты Фридриха Матерна и 7-й армейский корпус генерала артиллерии Вильгельм Фармбахера и жить стало лучше, жить стало веселей. Вот теперь, чтобы вернуть себе Ельнинский выступ, красным нужно было разгромить семьдесят тысяч солдат и офицеров пехоты, поддерживаемых пятью сотнями орудийных и минометных стволов и почти что сотней танков. При таком раскладе только полный идиот отважится на столь безумное самоубийство. Где-нибудь в Европе или Африке всё обстояло бы именно так, но здесь был Советский Союз и противниками вермахта были не идиоты, а русские.
И они решились. Ранним утром восемнадцатого ноября сорок первого года восемьсот артиллерийский орудий и реактивных минометов обрушили огонь на оборонительные рубежи вермахта. После часового обстрела советские пехотные и моторизированные части, не дожидаясь окончания артподготовки, двинулись в атаку, под прикрытием бьющей через их головы артиллерии. Прорвав вражеский фронт на линии Чужеумово-Коноплянка, 11-я стрелковая дивизия продвинулась вперед на девять километров, а 27-я стрелковая - на двенадцать. Пытаясь ликвидировать прорыв, Фармбахер бросил навстречу советской пехоте 267-ю пехотную и 19-ю танковую дивизии.
Благодаря контрудару по левому флангу красных, немцам удалось отбить деревеньку Костыри и частично окружить подразделения дивизии Потапова*(генерал-майор, командир 27-й СД). Русские почему-то не растерялись и, не снижая темпа наступления, так врезали по тылам 267-й пехотной дивизии, что теперь уже немцам впору было задуматься, как выбираться из окружения.
Генерал-лейтенант Фридрих-Карл фон Вахтер*(командир 267-й ПД вермахта), без особого сожаления, бросил под Костырями дивизионную артиллерию, мысленно поставив жирную галочку в графу «потери», оставил в арьергарде 303-й и 314-й пехотные полки и шустро откатился к Ельне. Отто фон Кнобельсдорф*(генерал-лейтенант, командир 19-й ТД вермахта) подобной прыти не проявил, поэтому к Ельне вышел сутками позже, сумев вывести из «котла в котле» только изрядно потрепанный 27-й танковый полк, да 19-ю стрелковую бригаду. Все вспомогательные батальоны, 19-й артиллерийский, 73-й и 74-й пехотные полки навечно остались в лесах под проклятыми Костырями.
Фон Кнобельсдорф вполне обоснованно подозревал, что большая часть личного состава официально похоронных им частей, скорее всего, сдалась в плен и ныне пребывает не в Смоленских березняках, а в сибирских ельниках, но вслух не признавался в этом даже себе. Потому что погибшие за третий Рейх – это герои, а сдавшиеся… А не было сдавшихся – все погибли. До последней обозной кобылы. И точка.
Генерал Аулеб, отвечавший за удержание непосредственно Ельни, попробовал поклянчить у Матерна пару-тройку бригад для переброски их на правый фланг в помощь отступающим частям Фармбахера, но был безжалостно обруган. Обогатив свой словарный запас идиомами финской, польской и даже русской площадной брани (дядя Матерна – финн, а его любовница – полька из-под Белостока), Хельге Артур набрался смелости и разрешил Фармбахеру отвести разбитые подразделения на вспомогательный рубеж в двух километрах юго-восток от окраин Ельни.
А еще через двое суток, без всякого на то разрешения, к северо-восточным окраинам выкатились недобитки из 20-го корпуса с самим Матерном во главе. По-свойски заполонив окопы 162-й пехотной дивизии и громогласно радуясь, что умудрились смыться из-под Волосково, вновь прибывшие принялись выпытывать у «местной» пехтуры, есть ли в тыловой Софиевке шнапс или за ним нужно переться в Петрово или Леонидово. В свою очередь, гренадеры из 162-й пехотной, щедро делились с «беженцами» куревом и спиртом и выпытывали, какие же хтонические чудовища так безжалостно растерзали армейцев. «Матерновцы» втягивая табачный дым в прокуренные легкие, а головы в жесткие воротники шинелей, затравлено озирались на затухающее зарево над оставленными деревнями, и рассказывали жуткие вещи.
В день начала наступления, русские дикари накрыли Батаево и Столбовку жутко ревущим огненным дождём преисподней и испепелили обе деревни и защищающие их подразделения. Те немногие, кто выжил – поголовно сошли с ума. Кто не обезумел и не сгорел – тех намотали на гусеницы тридцатьчетверки русской 102-й танковой дивизии. Матерн подкрепил 129-ю пехотную дивизию 42-м моторизированным полком и отправил закрывать прорыв, но те успели дойти только до села Садик, как им в лоб ударила 107-я мотострелковая дивизия русских, а по обоим флангам - 137-я и 78-я стрелковые дивизии. Из-под удара красных не вышел никто. Так что, учитывая громадное количество удобряющего материала, грядущим летом на полях и огородах Садика будут рекордные урожаи.
Слушая рассказы беглецов, гренадеры недоверчиво качали головами и обменивались понимающими взглядами, мол, чего только не выдумаешь со страха, чтоб подозрения в трусости от себя отвести. Конец благодушному недоверию настал в ночь с двадцать третьего на двадцать четвертое ноября, когда вконец одуревшие русские, явно путая время суток, в три часа ночи (вот не могли до утра подождать, а?) накрыли позиции 162-й пехотной одновременными залпами сразу четырех батарей гвардейских минометов.
Даже не думая защищать напоминающие лунный ландшафт траншеи, выжившие гренадеры резво ринулись кто в Софиевку, а кто поумнее – сразу в Петрово. Как оказалось, и там, и там было уже не продохнуть от матерновских армейцев из 20-го, благоразумно драпанувших из окопов сразу после первого залпа сталинских оргАнов.
К утру в Петрово, в сопровождении полудюжины «Ганомагов», примчалась колонна штабных «Хорьхов» и «Стойверов»*(легковые автомобили марок Horch 901 и Stoewer R200). Из головного «Опеля» обессилено выполз командир 162-й пехотной – генерал–лейтенант Герман Франке, следом за ним - Фридрих Матерн, с кривой гримасой: «ну я же тебе говорил!» на лице.
Весть о том, что гарнизону Софиевки пришел конец, была вполне ожидаема и особого ажиотажа не вызвала, зато приказ привести себя в божеский вид и в срочном порядке выдвинуться в Леонидово на соединение с 268-й и 292-й дивизиями был воспринят с воодушевлением.
Через пару часов в Петрово остались только мотоциклисты из 32-го разведывательного батальона да батарея тридцатисемимиллиметровых Pak 35/36. Время близилось к ужину, когда из рощицы в двух верстах от деревни выползли несколько танков. Оберлейтенант-канонир опознал их как тридцатьчетверки, заверил командира мотоциклистов, что русской броне его снаряды не страшны, даже если палить по ним в упор и, не произведя хотя бы пары залпов для приличия, приказал сворачивать батарею к чертям и убираться в ад. Судя по направлению движения артиллерийских грузовиков, ближайшим филиалом ада оберлейтенант назначил Леонидово.
Командир мотоциклистов резонно рассудил, что если уж пушкари врагу не помеха, то его мотоциклисты вряд ли годятся на что-то большее, чем на смазку для вражеских траков. По свистку командира мотоциклисты резво оседлали свои «цундаппы» и ринулись догонять артиллеристов. Кстати, с местонахождением ада оберлейтенант не ошибся, в чем и имел возможность убедиться уже двадцать шестого ноября.
Утро началось как обычно. Русские, искренне заботясь о том, чтобы немецкие войска находились в спортивной форме, прописали нацистам жесткую диету – вместо завтрака - обстрел, две пехотные и одна танковая атаки на обед, капитуляция на ужин. И ни в какую не желали менять установленные правила.
120-я, 303-я и 309-я стрелковые дивизии ударили по Ельне в лоб, 103-я моторизованная и 102-я танковая дивизии прошли сквозь правый фланг Фармбахера, словно его там и не было. Впрочем, его, действительно, там и не было.
Пока панцеры 27-го танкового полка красиво, словно рыцари на турнирах, бились с русскими КВ-2 и Т-34 лоб в лоб и так же красиво горели, генерал артиллерии убеждал генерала пехоты, что если не начать эвакуацию немедленно, то красные возьмут Ельню в кольцо, на прорыв которого у группировки сил уже не останется. Убедил, конечно. Зря что ли военную академию с отличием заканчивал?
Тем более, что 100-я, 106-я, 107-я стрелковые дивизии русских, подкрепленные 105-й танковой дивизией и пятью корпусными артполками играючи выбили сводную группу Франке-Матерна из Леонидово, прижали их к речушке со странным названием Стряна и теперь мутузят, словно молодчик из хильфсбунда*(германский аналог мафии) отличника из воскресной школы.
Так и не рискнув запросить согласие ОКВ вообще и рейхсканцлера лично, херр Аулеб подписал приказ об эвакуации, и двадцать девятого ноября немецкие войска, оставили Ельню. Заслон из частей 309-й стрелковой дивизии и 6-й стрелковой дивизии народного ополчения удержать совместный удар немецкого сводного корпуса не смог и уже тридцатого ноября сорокового года остатки ельнинской группировки соединились с частями 3-й танковой группы Гота.
Выслушав доклад Жукова об освобождении Ельни, Сталин благодушно пыхнул трубкой и многозначительно заметил, что план контрнаступления Красной Армии он хотел бы видеть завтра утром, крайний срок - к обеду. Жуков покрылся нервной испариной и хмуро процедил, что победа, конечно – несомненная, разгром немецкой ельнинской группировки – полный, но и наши потери иначе как значительными не назовешь. И то – если тщательно подбирать выражения. В общем, Красная Армия, безусловно, всех сильней, но на данный конкретный момент сил для контрнаступления недостаточно.
Сталин с недовольным удивлением пыхнул трубкой и сдержанно поинтересовался, как долго 14-я Резервная армия будет прохлаждаться в резерве и не пора ли ей стать армией действующей? Жуков, прося поддержки, подмигнул Шапошникову, и полководцы синхронно принялись напоминать Верховному, что помимо избитой шайки Гота вокруг Смоленска шляется 2-я танковая группа Гудериана, а Быстроходный Хайнц – это голова и они, Жуков-Шапошников, палец в рот ему бы не положили. Так что задача 14-й Резервной, отнюдь, не битый Гот…
Сталин покладисто пыхнул трубкой и согласился, что пихать пальцы в рот, во-первых, не культурно, во-вторых – негигиенично. И если уж собрался пересчитать зубы командиру 2-й танковой группы вермахта, то делать это нужно не пальцем, а минимум кулаком. Если ногу задирать лень.
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Re: Люди и Флаги

Сообщение Римма » 20 фев 2016, 14:08

Голландец Шульц писал(а):его заместитель Харальд фон Узедом, счел, что суммарный ущерб всех потерь с начала операции составляет больше трети списочного состава,

Скорее, подсчитал.
Голландец Шульц писал(а):Командир мотоциклистов резонно рассудил, что если уж пушкари врагу не помеха, то его мотоциклисты вряд ли годятся на что-то большее, чем на смазку для вражеских траков. По свистку командира мотоциклисты резво оседлали свои «цундаппы» и ринулись догонять артиллеристов.

Близкий повтор. Второе можно заменить на "немцы"
Нет повести печальнее на свете,
Чем... нет, не про Ромео и Джульетту,
И даже не про спирт без закуси,
А сага про мышей и кактусы.
(В. Тимофеев)
Аватара пользователя
Римма

 
Сообщения: 1402
Зарегистрирован: 08 окт 2014, 20:25
Откуда: Тамбов
Карма: 2180

Re: Люди и Флаги

Сообщение Цоккер » 04 мар 2016, 22:40

По посту http://forum.kontorovich.ru/viewtopic.php?f=6&t=448&start=90#p13120

Голландец Шульц писал(а):Капитан в сороковом году был в командировке в Арканзасе и потому, априори, должен был знать всё и ещё чуть-чуть.

Запятые перед и после "априори" не нужны.
Голландец Шульц писал(а):Устав регулярно отвлекаться на отмашки и нагоняи, капитан вынул пачку «Невских» папирос и, объявив перекур, начал неспешный рассказ, как водится, - издалека.

Два деепричастных оборота в одной фразе затрудняют восприятие. Предлагаю обойтись одним:
Устав регулярно отвлекаться на отмашки и нагоняи, капитан вынул пачку «Невских» папирос, объявил перекур и начал неспешный рассказ, как водится, - издалека.
Голландец Шульц писал(а):Основной гордостью армии Конфедеративных Штатов всегда была кавалерия, даже не столько армии сколько народа.

Фраза получилась запутанной. Хорошо бы переформулировать.
Голландец Шульц писал(а):ни и прочих злонамеренных южноамериканцев

Союз "и" лишний.
Голландец Шульц писал(а):Уроженец штата Нью-Джерси, был патриотом, причем - патриотом доллара.

Запятая не на месте.
Голландец Шульц писал(а):рассказами о танковых армадах на военных парадах на Красной площади.

Два обстоятельства подряд с одинаковым предлогом "на" воспринимаются не очень хорошо, надо бы переформулировать. Например, так:
... о прохождении танковых армад по Красной площади во время военных парадов.
Голландец Шульц писал(а):а сенаторы затравлено вертелись

затравленно
Голландец Шульц писал(а):И даже склад, столь кстати попавшийся танкистам на глаза.

Неудачное "сипящее" созвучие. Может быть, лучше будет "склад, невовремя попавшийся"?
Голландец Шульц писал(а):вариант сто пяти миллиметровой гаубицы

стопятимиллиметровой (слитно)
Цоккер

 
Сообщения: 2040
Зарегистрирован: 19 окт 2014, 10:25
Откуда: Екатеринбург
Карма: 1892

Re: Люди и Флаги

Сообщение Цоккер » 04 мар 2016, 23:16

По посту http://forum.kontorovich.ru/viewtopic.php?f=6&t=448&start=90#p13121

Голландец Шульц писал(а):сенатор Атенборо

ПМСМ "Аттенборо" (с двойным Т) звучит более "англоязычно".
Голландец Шульц писал(а):сенатор принялся вращать верньеры, дергать фрикционы

Верньер - довольно мелкое и нежное устройство, в танке может присутствовать разве что на прицеле да на радиостанции, а потому в глаза не бросается. Фрикцион же находится в МТО, и дёргать его напрямую без разборки танка нельзя :) Посему предлагаю замену:
сенатор принялся вращать маховички, дёргать рычаги фрикционов
Голландец Шульц писал(а):станк Т-18 «Стиллвол»

Если это "Стальная стена", то лучше было бы "Стилволл".
Голландец Шульц писал(а):потом рассчитал корабельных инженеров

Слово "рассчитал" имеет два значения - "уволил" и "выполнил расчёт". Чтобы не сбивать восприятие, предлагаю использовать однозначное "уволил" или более подходящее "разогнал" (поскольку дело вряд ли дошло до увольнения со службы).
Голландец Шульц писал(а):он же – «Стоунвол»

Стоунволл
Голландец Шульц писал(а):лег в больницу на принудительную интоксикацию

Детоксикацию. Интоксикацией он занимался до этого, в баре.
Голландец Шульц писал(а):с боевым слаживанием пора б определиться

Лучше "бы".
Голландец Шульц писал(а):знали, что американцы понесли большие потери, но порядка ради уточнили, насколько именно.

Неудачное словосочетание. Лучше "какие именно", или "насколько большие".
Цоккер

 
Сообщения: 2040
Зарегистрирован: 19 окт 2014, 10:25
Откуда: Екатеринбург
Карма: 1892

Re: Люди и Флаги

Сообщение Цоккер » 05 мар 2016, 14:38

По посту http://forum.kontorovich.ru/viewtopic.php?f=6&t=448&start=90#p13169
Голландец Шульц писал(а):один панцерный батальон 29-го танкового

Если уж создавать немецкий колорит, то лучше заменить на "панцербатальон".
Голландец Шульц писал(а):его заместитель Харальд фон Узедом, счел, что суммарный ущерб всех потерь с начала операции составляет больше трети списочного состава, отвел дивизию к Ельне.

1. Запятая перед "счёл" - лишняя.
2. Не хватает союза "и": "счёл, что ... и отвёл дивизию".
Голландец Шульц писал(а):20-й армейский корпус генерала пехоты Фридриха Матерна и 7-й армейский корпус генерала артиллерии Вильгельм Фармбахера

1. Фридриха Матерны (фамилия генерала - Матерна, но здесь р.п.)
2. Вильгельма
Голландец Шульц писал(а):восемьсот артиллерийский орудий

артиллерийских
Голландец Шульц писал(а):Генерал-лейтенант Фридрих-Карл фон Вахтер*(...), без особого сожаления, бросил ... артиллерию

Оборот "без особого сожаления" не нужно выделять запятыми.
Голландец Шульц писал(а):официально похоронных им частей, скорее всего, сдалась в плен и ныне пребывает не в Смоленских березняках, а в сибирских ельниках

1. похороненных
2. Оборот "скорее всего" не нужно выделять запятыми.
3. смоленских (со строчной).
Голландец Шульц писал(а):попробовал поклянчить у Матерна пару-тройку бригад

у Матерны
Голландец Шульц писал(а):дядя Матерна – финн

дядя Матерны был финн
Голландец Шульц писал(а):в двух километрах юго-восток от окраин Ельни

Либо "к юго-востоку", либо "на юго-восток".
Голландец Шульц писал(а):с самим Матерном во главе

Матерной
Голландец Шульц писал(а):затравлено озирались на затухающее зарево

1. затравленно
2. Звуковой повтор. Может быть, заменить на "угасающее"?
Голландец Шульц писал(а):Матерн подкрепил 129-ю пехотную дивизию 42-м моторизированным полком

1. Матерна
2. моторизованным
Голландец Шульц писал(а):«Стойверов»*(... Stoewer R200)

"Штёверов" (так произносится по-немецки)
Голландец Шульц писал(а):обессилено выполз командир 162-й пехотной – генерал–лейтенант Герман Франке, следом за ним - Фридрих Матерн

1. обессиленно
2. Матерна
Голландец Шульц писал(а):сводную группу Франке-Матерна

Матерны
Цоккер

 
Сообщения: 2040
Зарегистрирован: 19 окт 2014, 10:25
Откуда: Екатеринбург
Карма: 1892

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 25 мар 2016, 05:52

Пока «речная» команда: Карпов, Окунев и Сомов*(советские генералы, руководившие Ельнинской группой войск) разъясняли Готу насколько он не прав, 10-я танковая дивизия и моторизированная дивизия СС «Дас Райх», врубившись во фланг 61-го стрелкового корпуса генерал-майора Бакунина, выбили советские части из Патиков и Шахово. Вечером этого же дня, части 24-го моторизированного корпуса, прорвав оборонительные рубежи 134-й и 162-й русских стрелковых дивизий, овладели Самусенками.
Не снижая темпа наступления, 3-я танковая дивизия генерал-майора Вальтера Мандейла на плечах отступающих полков 220-й мотострелковой дивизии ворвалась в Беляны и угрожающе нависла над неприкрытым флангом 34-го стрелкового корпуса русских.
23-я пехотная дивизия, поддерживаемая панцерами генерал-майора Дитриха фон Заукена*(командир 4-й ТД вермахта) попыталась с ходу штурмовать Веретею, но чувствительно получила по носу от 153-й стрелковой дивизии генерал-майора Глотова и покладисто откатилась до деревушки Костырино, дожидаться подхода 47-го моторизированного корпуса. Один черт, штурм Демидово назначен аж на двенадцатое число, а сегодня только десятое.
Генерал пехоты Вальтер фон Брокдорф*(командир 23-й ПД вермахта), резонно рассудил, что его дивизия свою задачу успешно выполнила и теперь вправе перевести дух. Вот когда завтра танкисты Мандейла расчихвостят тылы большевистского 34-го стрелкового корпуса и возьмут Заборье, ленивцы фон Тома из 17-й танковой дивизии на время прекратят ковыряться в носу и отберут у красных Веретею, а 29-я мотопехотная дивизия генерал-майора Макса Фремерея прочно закрепиться в Макунино*(деревня в 10-ти километрах от Демидово), тогда можно и Демидово штурмовать. Строго по плану и всей честной компанией. А пока не выполнившие план подразделения приводят реальную диспозицию к соответствию с запланированной, можно и отдохнуть немного. Рано расслабился.
Одиннадцатого ноября с самого начала всё пошло не так. Как и намечалось, Мандейл отправил на штурм Заборья 6-й танковый и 3-й панцергренадерский полки. Первую атаку красные отбили, что, в принципе, и предполагалось – за все время войны еще ни разу не получалось сковырнуть русских с места с первого раза.
По танковой группе ходили стойкие слухи, что полковник Хёрнлайн*(командир полка СС «Великая Германия») еще в Белоруссии как-то раз разгромил большевистский мотострелковый полк с первого захода, но, во-первых, Мандейл «сортирным речам» не верил вообще, а во-вторых, достоверно знал, что эсэсманы победили не полк, а батальон, и не мотострелков, а связистов. Поэтому у кого как, а у херра генерал-майора первая атака заточена не на победу, а на прощупывание обороноспособности врага и выявление его огневых точек.
После получасового артобстрела Мандейл решив, что основная масса противотанковых средств противника выведена из строя, вновь послал танкистов и панцергренадеров в атаку, усилив их двумя полками из 3-й стрелковой бригады. Похоже, что канониры и впрямь оправдали надежды генерала, потому как минут через сорок, русские оставили позиции перед Заборьем и, даже не пытаясь завязать уличные бои, откатились куда-то за окраины.
Городок манил своей доступностью, но Мандейл прекрасно помнил, как в начале сентября танки фон Арнима, зашли в брошенные красными Глинки и потеряли два десятка машин на заминированных улочках поселка.
Сосредоточив основные силы на бывших русских позициях, комдив отправил 39-й саперный батальон на инженерную разведку. Как оказалось, в городке было полно затаившихся большевиков, поэтому пришлось прикрыть сапёров панцергренадерами, и разведка затянулась до вечера. Доклад о том, что основные и подъездные пути опасности не представляют, комбат саперов озвучил уже в сумерках.
Штаб армии торопил с отчетом и Мандейл, с трудом переборов свое нежелание соваться в чужой городишко в темноте, отдал приказ войскам войти в Заборье и готовиться к завтрашнему маршу на Демидов. Правда, оставаясь верным себе, 5-й танковый полк, всю дивизионную артиллерию и 329-й панцергренадерский, херр генерал оставил в Лысовке*(деревушка в 3-х км. от Заборья), и сам заночевал там же. Как задницей, скотина, чувствовал.
Посреди ночи Заборье накрыла советская артиллерия и, судя по точности наносимых ударов и количеству, подсчитанных утром потерь, пристрелку по площадям красные провели загодя. Едва смолкли русские пушки, по неочухавшимся от обстрела нацистам ударили советские 220 мотострелковая и 153 стрелковая дивизии. Панцеры 3-го танкового батальона, расквартированного почти у въезда в треклятый городишко, смыться из Заборья успели, а вот 6-й танковый, панцергренадеры и батальон связи оказались в кольце.
Мандейл кинул на помощь окруженцам 5-й танковый полк, но тот не смог пробиться через заслоны невесть откуда взявшихся частей 3-го стрелкового корпуса и откатился обратно. В общем, утром двенадцатого ноября Заборье контролировали советские части, а сил для повторного штурма у Мандейла не было – больше трети дивизии как корова языком слизала. У остальных дела обстояли не лучше.
29-я мотопехотная дивизия генерал-майора Макса Фремерея до Макунино даже не дошла – подвела погода. Четыре последних дня стихия, что говорится, буйствовала: жуткий ветер безостановочно гонял мрачные тучи туда-сюда-обратно, с небосвода сыпался то снег, то град, плотный туман, сводя видимость к близким к нулю величинам, вообще практически не исчезал. Разведподразделения обеих сторон безостановочно и хаотично шмыгали по всему фронту, выполняя функцию палки-поводыря у слепого, артиллерия, почём зря, лупила огнём по картам, а прикованные к земле летчики – замызганными картами по столу.
Каких-либо улучшений синоптики не прогнозировали и одиннадцатого ноября походные колонны 29-я мотопехотной дивизии, развернулись для марша на рубежи атаки. До десяти часов утра войска брели сквозь туман и едва успели доплестись до Тишинки*(село в 15-ти км. от Макунино) как распогодилось…
Не прошло и получаса, как на маршевые колонны обрушились четыре советские бомбардировочные эскадры. Командующий 2-м воздушным флотом генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг подобный вариант предвидел и потому, чуть только небо прояснилось, поднял истребители в воздух, дабы прикрыть сухопутчиков с воздуха.
Хорошая мысля, дельная. Но, во-первых, «мессерам» и «Фокке-Вульфам» с аэродромов под Гомелем, до дивизии Фремерея лететь дольше, а во-вторых, командующий авиацией Западного фронта генерал-лейтенант Пашутин в Испанские, Финские и прочие Халкин-Гольские командировки не зря катался. И пока советские ПЕ-2 и ТУ-2*(советские пикирующие фронтовые бомбардировщики) почти безнаказанно измывались над колоннами 29-й мотопехотной, эскадрильи ЛаГГ-3, МИГ-3 и ИЛ-2, сцепились с немецкими эскадрами в небе над Слободой*(город в 95 км. от Демидово).
После окончания советского авианалета, Фремерей, забыв и думать о наступлении, попытался организовать что-нибудь, хотя бы отдаленно напоминающее оборонительные позиции и эвакуировать раненных и ремонтопригодную технику в тыл, но не успел ни того, ни другого. Со стороны Семеновки по ошметкам дивизии ударила советская 229-я стрелковая дивизия, поддержанная танками 5-го мехкорпуса. И если бы не более чем своевременная подмога 39-го моторизированного корпуса фон Арнима, 29-ю пехотную дивизию можно было бы вычеркнуть из списков вермахта. В полном составе.
Пока лево-и-правофланговые группы пытались выполнить поставленные штабом задачи, 17-я танковая дивизия выдвинулась на штурм Веретеи, и Гудериан вздохнул с облегчением. Фон Том - очень неторопливый, но весьма результативный военачальник пока что еще ни разу не подвел своего командира.
Примерно к полудню связь с дивизией фон Тома пропала, но это никого не насторожило. Война вообще крайне малопригодное место для комфортной болтовни хоть по телефону, хоть по рации, вечно что-то ломается – то средства связи, то обслуживающие их люди. К шестнадцати часам пополудни связь с 17-й танковой ненадолго восстановилась. Гудериан выслушал торопливый, сбивчивый доклад комдива и понял, что он чего-то недопонимает в современной войне.
Все лето и осень Быстроходный Хайнц искренне недоумевал, почему огромная куча войск в Польше не может отловить и прищучить казачью банду Никитина, как вдруг выясняется, что на его танки (!!!) напали какие-то конники под командой какого-то Доватора… Что за тип – не ясно: Зейдлиц из гестапо твердит, что еврейчик, Мёллендорф из абвера уверяет, что белорус…
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 25 мар 2016, 05:54

И ладно, если б как в тридцать восьмом под Радомом, когда танки фон Вигмана атаковали польские уланы у которых от кавалерии остались только название да скрещенные сабельки на кокардах, а все остальное заменили танки. В отваге пшекам не откажешь - атаковать новенькие PzKpfw III на убогих европейских жестянках типа "Виккерс Е", "Рено R35" и собственных великопольских ТР10, это ж какую удаль надо иметь? Или все же дурость? Не суть важно. Потому как, чего бы потом не врали пропагандисты, что польский доктор Ковач, что рейхсминистр доктор Геббельс, тогда танки дрались с танками. Но тут – читаешь донесения и возникает чувство, что ты внезапно провалился в прошлый век.
Ну взять хотя бы это: четырнадцатого ноября сего года, на позиции третьего минометного взвода отдельной минометной роты пятого батальона тридцать седьмого пехотного полка, в семнадцать часов по полудни со стороны деревни «Boroda» (глубокий тыл!!!) выехали два русских кавалериста. Менее чем за четверть часа, два казака гранатами и шашками (Боже! Какое варварство!) перебили весь личный состав взвода. После чего один миномет уничтожили путем подрыва мины в стволе, а второй погрузили на лошадь и скрылись в неизвестном направлении. Рапорт составлен командиром роты оберлейтенантом Штойбахером со слов обергефрайтера Шнитке. Обергефрайтер был сильно контужен лошадиным копытом (и снова варварство и изуверство!), возможности воспрепятствовать русским не имел, но все видел.
Или это. Полковник фон Траут отправил три пехотных и одну артиллерийскую роты для поддержки двух батальонов 26-го панцергренадерского полка, застрявших под деревушкой Заболотье. Колонну сопровождали два PzKpfw II, и четыре «Ганомага», причем один из них - с тридцатисемимиллиметровой зенитной пушкой, другой с 81-миллиметровым минометом. На такую силищу не то что напасть – взглянуть страшно.
Но русские варвары, не тратя времени на восхищенное созерцание мощи германского гения, на седьмом километре участка трассы сообщением Борода - Заболотье, спрятали в придорожных кустах сорокапятимиллиметровую пушчонку, первым же выстрелом раздолбали бок головному бронетранспортеру и перегородили дорогу.
Замыкавшие колонну танки, попытались выдвинуться вперед, чтобы подавить вражескую артиллерию, но в момент разворота из-за обочины выскочил М-72*(советский военный мотоцикл) с двумя казаками. Пока водитель проводил мотоцикл между танками, пассажир успел бросить противотанковые гранаты на двигательные отсеки панцеров. «Двойки» вышли из строя и тоже перегородили дорогу, но уже позади колонны.
Оставшиеся в строю бронетранспортеры, лишившись возможности маневра, были расстреляны русской пушкой. Пока артиллерия противника уничтожала бронетехнику, красные ружейно-пулеметным огнём с замаскированных позиций, перебили личный состав пехотных и артиллерийских рот. Тех немногих несчастных, кто попытался сбежать с места избиения, настигли всадники и варварски зарубили холодным оружием. Рапорт составлен гауптманом Лемельзеном по результатам осмотра места происшествия и опросу уцелевших раненых.
И ладно если б все ограничивалось подобными, в сущности, комариными укусами, так ведь нет! Русские охамели до такой степени, что позволяли себе ходить в конные атаки на укрепленные немецкие позиции. С допотопными пиками и саблями на современные пулеметы и пушки. Гудериан тоскливо уставился на надорванный в гневе лист рапорта и задумался, как отчитываться перед ОКВ за этакий инцидент. Ведь не поверит никто, неделю назад и сам бы не поверил.
Высоты у деревушки со смешным названием Кисляки позволяли контролировать железнодорожную станцию, путевую развязку, и вообще, считались стратегически важным пунктом, а потому были укреплены на совесть.
В траншеи и блиндажи утрамбовали два полка из 125-й пехотной дивизии генерал-майора Альберта Бука, в тщательно отрытых капонирах расставили четыре артиллерийских и шесть минометных батарей, непосредственно саму станцию контролировал 44-й горный противотанковый батальон из дивизии «Эдельвейс». Каким чертом горных егерей занесло под Смоленск, где ни то, что гор - холмов нормальных не сыщешь, Гудериан ни сам не понял, ни от штабных вразумительного ответа не добился.
Вдобавок ко всему, в селе Дубровка, в десяти километрах севернее станции, квартировался танковый батальон из дивизии «Дас Райх», а в другой Дубровке, что в восьмидесяти километрах западнее, был развернут полевой аэродром подскока. А если по ветке воинские эшелоны шли, то еще и номерной бронепоезд типа BP-42 регулярно маячил.
Любому мало-мальски разумному командиру понятно: «Не суйся! Этот курс ведет к опасности». Но, судя по последующим событиям, складывается впечатление, что всех разумно-осторожных краскомов вермахт, на свою голову, выбил в летне-осенних боях и теперь в комсоставе РККА остались только безумцы.
Ранним утром шестнадцатого ноября из лесополосы в семи километрах от оборонительной линии вермахты вдруг выползла двухкилометровая по фронту лава из двух сабельных казачьих полков. Половину расстояния до траншей русские прошли шагом, а когда часовые наконец очухались (как можно было проморгать появление конной орды никто в штабе 2-й танковой так и не понял, а спросить уже не с кого – все виновные предусмотрительно сдохли в бою), половину оставшегося пути покрыли рысью. Когда же траншеи стали видны невооруженным глазом, лавы перешли на галоп.
Ни запоздалый орудийно-минометный огонь, ни неорганизованная ружейно-пулеметная пальба конную атаку остановить не смогли. Слишком уж мало времени и пространства разделяли атакующих безумцев и массово обделавшихся оборонцев.
Вломившись на пехотные позиции, казаки безжалостно вырубили под ноль всех вовремя не додумавшихся спрятаться или задрать руки, после варварски, словно неандертальцы стоянку кроманьонцев, раскурочили все артиллерийские орудия и половину минометов, а вторую половину утащили с собой. Не ограничившись разгромом предполья, казаки, предварительно обстреляв станцию из только что спертых минометов, перебили всех «эдельвейсовцев». Уцелел только медвзвод и то лишь благодаря тому, что медики размещались в отдельном пакгаузе и их ротный, вдоволь налюбовавшись на разгром, вместо того, чтоб оказать сопротивление и погибнуть, как героям, вывесил на крыше импровизированное полотнище с красным крестом, срочно вырезанном из боковушки палатки.
Комбат-танкист, выслушав по рации панические вопли о спасении от казаков, легкомысленно посчитав, что четырнадцать PzKpfw III больше чем достаточно, чтоб расплющить тысчонку-другую кавалеристов, отправил на подмогу всего одну роту. Мехводов, конечно, жалко, устанут бедные, пока такую массу унтерменше-лошадей передавят. Коней тоже жалко, но ничего не попишешь – война. В условиях боя сердобольные мехводы просто не смогут отделить благородных скакунов от плебейских наездников и будут вынуждены давить всех подряд.
Зря переживал – экипажи устать не успели. В двух километрах от Кисляков панцерную роту перехватили танки красных. Русский БТ-7, безусловно, проигрывает немецкой «тройке» по всем статьям и параграфам, но когда два десятка БТшек, внезапно начинают долбить по бокам и тылу, панцеру останется только встать и загореться. Или вообще взорваться. Так и вышло: одиннадцать танков остались пылать на дороге, а трём PzKpfw III всё ж удалось добраться до станции, где их изнахратили уже сами казаки. Это хорошо еще, что бронепоезд в тот день на профремонте находился, а то и представить страшно, чтоб эти дикари бы с ним вытворили.
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Re: Люди и Флаги

Сообщение Голландец Шульц » 25 мар 2016, 06:08

Да! А на случай, если вдруг кому-то покажется, что автор пристрастился к игре на "рояле" и заболел "всехпобедительством", скромно упоминаю, что все случаи казачьего нахальства слизаны с реальной истории...
Голландец Шульц

 
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 29 окт 2014, 09:20
Откуда: Братск Иркутская область
Карма: 616

Пред.След.

Вернуться в Мастерская

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4